Ноя 18
Если появляются эти чувства - это верный знак слабого места, комплекса, точки, которой тобой можно манипулировать.
Читать полностью »
Ноя 15
Недавно, ко мне обратилась девушка - по паспроту Остров Цветов, по генам - лесби, по происхождению - волшебница. С детства был вечный конфликт пути: замуж, дети , TV. Теперь она занимается йогой, идёт по Пути.
Читать полностью »
Ноя 15
Укладывая пиво в тележку к вечеринке, я почувствовал, что заболела голова:
- здесь Горец, кромко сказал я
- Почему?
-У меня заболела голова- значит тут Горец
from Евгений Костенко
Окт 23
Давненько, лет этак 10 назад, мне рассказали одну очень интересную классификацию людей.
Люди делятся на 2 типа: Волшебники и люди Нееёт. Волшебники могут наколдовать всё что угодно. Остров в океане, замок, небоскрёб, вкуснейший деликатес, автомобиль… Вообщем всё что душа пожелает. Что могут люди Нееёт классификация умалчивает.
Вся суть этой теории расскрывается при встречи Колдуна и Нееёт. Приходит великий Маг и говорит:”надо поставить палатку, расжечь костёр, сварить ужин!”. А Нееёт ему отвечает:”Нееёт, замути”. И Волшебник непонятным образом наколдовывает полатку, призывает костёр, шьёт скатерть самобранку.
Окт 20
Сиденье туалета - спасательный круг для современного человека в бушуещем океане суровой реальности.
Окт 17
Человек встал из-за стола с красной рыбой, довольно улыбнулся, облизал пальцы, подошел к окну и полетел: он всё попробовал в этой жизни и не скучно…
Костенко Евгений
Окт 14
«Имарх» — область пространства-времени, место обитания Пирамиды-сети Центрального звена Сущностного мира.
«Арка Утреннего Лета» — глобальное архитектурное сооружение, создаваемое в течение «Семидневной Игры», завершение строительства которой служит фактом введения «Новых Правил» последующего кона «Семидневной игры».
«Утреннее Лето» — Временная зона наивысшего раскрытия потенциала Энергии в течение Кона «Семидневной Игры»
«Семидневная Игра» — пространственно-временной модуль-объект, в течение которого отрабатываются соответствующие характеристикам данного модуля качества сущностных Воли и Интеллекта.
«Хонсург» — Сущностной иерарх, направлением социальной реализации которого является непосредственное участие в работе Высшего органа управления Сущностного мира — «Совета ста сущностей Проявленного бытия «Я»
«Пороги ступеней обретения совершенной радости» — этапы обучения в «Высшей Сущностной Школе»
«Грани Мастерства» — специфика «шлифовки» Ученика, проходящего обучение в Школе.
«Сатвайи» — иерархи «Среднего Звена», отвечающие за изоморфические характеристики Кристаллизуемых структур энергообладающего Мира.
«Галькасы» — сущности-архиваторы (запоминающие устройства, делающие перезапись в «Корзину Вечности» — жесткий диск Памяти глобального макропроцессора.
«Истлавы»— существа, извлекающие хрустальные Звуки из струн радужного дождя (обучаются под надзором Глухого Сантсахаши).
«Система Пара-графических распределений» — Иерархический устав Школы.
«Сиплый» (он же «Отринутый Бесконечностью» ) — мальчиш-плохиш, предпочитающий не обучаться в Школе и желающий извести ее на корню.
«Хелга» — вестница Всезнающего.
«Покров Реальности» (имеет «Концы», которые могут перекручиваться и т.п.) — плоскость проявления Мира, План мироздания.
«Несокрушимая Твердыня» — Цитадель Имарха.
Момент «Радужной вспышки Голоса Поднебесья» — промежуток времени, в который «Ансехты» могут передать Дар, прошедшему Кон.
«Ансехт» — крылатая сущность, передающая Дар Прошедшему, несет его в Деснице своего Ока.
«Цокольный Замок» — официальная Резиденция Императора, место собраний Совета старейшин Имарха.
«Молодой Человек-Ящерка» — хонсург “№1”.
«Старикашка в совиных очках» — хонсург “№2”.
«Мужчина с лицом борца» — хонсург “№3”
«Золотой Ключик» — система декодирования Информационной криптографии мира Реальности.
«Камень Преткновения» — препятствие на смекалку, поставленное как условие реализации существования человеческой цивилизации.
«Рунский Язык» — язык, с помощью которого возможна Дешифровка Криптографии Мира.
«Высший Кристалл» — концентрат Информационного поля Реальности, имеет «Грани».
«Анатерра» — земля без конца и края, пересечь которую можно лишь сделав шаг за грань Пространства.
Окт 14
Праздник Арки
Арку возвели в самом начале строительства новых колец укреплений Цитадели. Конечно, если бы не последующая спешка она вышла бы намного наряднее и изящнее, чем получившаяся подпирающая полнеба каменная подкова. А о том, чтобы бросить строительство бесполезной с точки зрения выживания архитектурной громадины никто даже и не заикался — если уж и был в чем-то Смысл, так это подняться на ее вершину в момент провозглашения Правил нового Кона. Причем сразу становилось ясным, кто был чист все это время, а кто предавался лени или самосожалению, или еще какой приятной хвори. К такому в момент Радужной Вспышки голоса Поднебесья не мог подлететь ни один ансехт, несущий Сокровенные Дары в Зенице своего Ока. Покружит, покружит бывало над неряхой, крик печальный издаст сиротливый и обратно в Неизведанное возвращается, еле крылами перебирая. И не потому что Дар столь тяжел, а потому, что непомерно велика Ответственность за обладание им. Особенно за дар, предназначаемый Иерархам.
Но этот Кон был особенным. Пришлось столько трудиться руками, что заподозрить в нечистоплотности кого-либо было бы кощунством. Потому если обычно перед восхождением на Арку все сохраняли серьезность и выражения лиц были какими-то едва заметно поникшими в ожидании, то теперь ничего подобного не наблюдалось.
Сомневающихся не было. И от того бурная радость переполняла Перешедших через Великое Испытание. Везде слышались крики и смех, из каждого открытого окна Пространства слышалась бодренькая музычка, которой самой уже надоело сидеть по котомкам и которая рвалась на волю как заигравшее шампанское.
Шли приготовления и в Цокольном Замке, который помимо места собраний Старейшин общины Имарха был официальной резиденцией Императора желтой Колесницы Замок был самым охраняемым местом Цитадели, и пожалуй, самым неприступным. Если всё остальное Сиплый теоретически и мог взять штурмом, то Цокольный Замок не поддался бы даже сотне таких как он. Правда, просто схорониться внутри, Всемогущий вряд ли бы позволил. Не для того он Замок неприступностью наделял, чтобы в нем трусы отсиживались. Но до такого, слава богу, не дошло. Вернее произошло идеальное сражение — без потерь, без разрушений, когда становится понятным, что моральная сила помощнее физической будет. На том и стоял город-государство, раз от разу укрепляя свое могущество, постоянно совершенствуя все сферы жизнедеятельности. И это не было способом убить время или средством от скуки — как показывал печальный опыт Отринутого Бесконечностью, всякая остановка на узком Пути Равновесия оканчивалась падением в тар-тарары. А оттуда выбраться трудов немалых стоит. Да еще отмыться от налипшего дерьма попробуй. Да вонь еще пока выветрится. Короче по Дарам попадаешь — мама дорогая! Даже если никто и не знает, чем ты занимаешься…
Окт 14
Арка Утреннего Лета
Приобщение к возлагаемым надеждам не всегда оставляет в покое твердо уверенного, что и его старания не пропадут даром. Также и в этот раз, который и Разом-то считаться не может, все спустилось само-собой. Как сон, как наважденье, как тайная, никому не доступная Страсть.
Имарх гремел от предстоящего проведения торжеств по случаю завершения строительства Арки Утреннего Лета и введения соответствующих такому роду событий новых правил Семидневной игры.
Утреннее Лето всех забавляло.В его состоянии не было ни капли трагического, присутствующего постоянно в стенах школы Судеб. Каждый из хонсургов несомненно, хотя и уважал с благоговейным трепетом все Пороги проходимых им ступеней обретения совершенной Радости, но в душе невольно поеживался при одном упоминании о Гранях Мастерства. Впрочем, такое же отношение к Школам было и у всех остальных имархийцев: и у правильных до скрипа ставаййев, примеряющих на свои непомерные головы лучи всех вновь-открытых-кристаллов Нижнего Царства, и у галькасов, повторяющих за каждым все-что-тот-говорил и старательно заносящими «Это» в Корзину Вечности из которой никогда ничего не выкидывается, хотя место под свалку всегда находится где бы то ни было как и в бытность действия прошлых Правил, которые предусматривали отсутствие дна у той самой корзины. Истлавы также слегка мрачнели, если им намекали, что у их «нижних» собратьев когти не ресницах таки растут, девственностью своей выдавая потрясающее всякого жителя Запредельной откровенное неумение извлекать Хрустальные Звуки из струн радужного дождя (видимо много истлавам пыхтеть приходилось под надзором Глухого Сантсахши, что коготки их стирались. Впрочем, спать они тоже уже не могли после овладения первыми триллиардами нот). Да в общем кого ни возьми, все на школу оглядывались, слегка приседая на конечностях. Хотя прекрасно понимали — не будь школа вне Игры, кто-нибудь в минуту слабинки, закрыв глаза на Высшее взял бы да и отправил ее, вместе с системой пара-графических распределений ко все чертям, если не выразиться более точно. И тогда правила уже никогда бы не поменялись. А это, понятное дело, труба, которая уже никого никуда не позовет. И соответственно в этом случае все пойдут приблизительно туда же, куда могли бы отправить альмаматер, а некоторые, вероятнее всего отправились бы еще куда подальше, как например Сиплый-со-товарищи, которые путем нехитрых рассуждений умудрились-таки Школу исключить из мира своего внимания. Впрочем, это отдельная история и мы расскажем ее по ходу пьесы, а сейчас речь не об этом. Сейчас о приятном. О том, чего все так ждали и что, не смотря на такую досадную неприятность, как происки Сиплого, все же начало происходить.
Парадная дорога от дворца Совета Ста не слишком выделялась среди тысяч брусчаток Имарха. Никакой особой помпезности при шествии хонсургов в последнем коне Игры не отмечалось. Главным образом это было обусловлено количеством работы, которым был обеспечен каждый житель ВеликоНебосводной. И все от того, что Хелга, вошедшая в самом начале Кона в Имарх через Врата Всевидящего Ока без свиты и надлежащих ее сану фантастических изумрудных доспехов, практически без одежды (так что многим пришлось поднапрячься, чтобы Узнать Вестницу Всезнающего) — сообщила поутихшим горожанам, что только усердие и неусыпная бдительность могут спасти Имарх от окрепшего не в меру Сиплого, который как следовало ожидать, принял решение идти ва-банк и брать Несокрушимую Твердыню штурмом. Да еще она говорила о каком-то сюрпризе, связанным с Покровом Реальности — дескать может это все сопровождаться каким-то толи выкручиванием, толи перекручиванием Концов покрова, но как то сказать на Обычном языке она и сама не могла понять, потому что ничего подобного еще не случалось в Проявленном, но все же, говорила она, чтобы были на всякий случай осторожны и осмотрительны вдвойне. А потому, практически все — и стар и млад рыли рвы устанавливали заграждения, возводили, слой за слоем, новые круги внешних стен вокруг Цитадели. Даже в школе занятия сократили, и все это народ порядком вымотало.
Перенервничали все жутко. Во-первых, понятно, что только дополнительное укрепление может хоть как-то остановить Сиплого. От того практически и не передыхали. Да еще и этот «сюрприз». Вообще непонятно чего ждать. И потому все старались постоянно занять чем-то руки, чтобы голова не успевала задумываться над этим неразрешимым вопросом.
Так и прошел Кон. Сиплый на штурм не пошел, видимо поняв, что новые стены ему однозначно не по зубам, «сюрприз» может если и случился, то всем было не до того и его скорее всего не заметили. Словом, после такого перенапряжения у народа на душе отлегло, и ожидание праздника было настолько нестерпимым, что готовиться стали даже не использовав времени, отведенного для отдыха.
Окт 14
…Мир простирался у подножья черты Благословения. Те из многих, кто остался здесь, не выбирали Судьбу, их уделом было распределение ролей и поддержание основ миропорядка. Они постигали науки жизни, создавая сами себя из собственных Мыслей.
Они не гнушались Простотой, но великонравная Изысканность направляла их желания и мечты в претворения Вселенной. Каждый, кто не поравнялся с ними, был их началом, и круг входящего и выходящего был определён для них в равной мере жизни.
Имарх — высший из предельных миров — был воротами между безмерными сферами Невыразимого и трехстами внешними Вселенными, в пространстве и времени которых каждый хонсург преобразовывал себя в материи своих фантазий, переливающихся невообразимым сомном жизненных форм. И каждый Великий круг Воображения поражал невиданностью воплощения великой Игры Ума. Каждый круг нес новые надежды, новые неведомые радости и непознанные сомнения.
Менялся Имарх, преломляясь в индивидуальных сознаниях Безбрежных, менялось мироздание, неся в своих ладонях отражение Мира Врат, менялись судьбы живых существ, менялись и сами Вершители, всегда оставаясь собой.
